Российский рынок дизайнерской мебели сегодня - это пример переосмысления правил игры. После турбулентных изменений 2022 года многие прогнозировали если не исчезновение, то значительное сокращение присутствия европейских брендов. Но реальность оказалась интереснее. О том, как адаптировался рынок, а европейская мебель заняла новую, более четкую и осознанную позицию, рассказал Борис Дурманов, владелец торговой марки Neopolis Casa.

Что происходит на российском мебельном рынке

Российский мебельный рынок продолжает переживать структурную перестройку. За пять лет она привела к тому, что доля импорта сократилась более чем в два раза: с 41,3% в 2020 году, по данным группы «Деловой профиль», до 18,7% к концу 2025 года.

Александр Шестаков, президент Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей отрасли России (АМДПР), говорил о доле импорта в 20-25% (в деньгах около 130 млрд рублей), при этом мебели из недружественных стран осталось не так много: на 30-40 млрд рублей. Но цифра может быть скорректирована с учетом того, что эта мебель также ввозится и через дружественные страны.

Так или иначе, сокращение доли иностранной мебели в магазинах существенное. Но главная особенность отечественного мебельного рынка сегодня - резкая поляризация.


Наиболее заметные изменения коснулись низкого и массового сегмента. Здесь европейскую мебель (в основном итальянскую и испанскую) активно замещают российским производством, а также продукцией из Китая, как главного импортера. Доля европейских брендов минимальна, а серийное производство ориентировано в первую очередь на цену и функциональность.

Главный вызов для ритейла здесь - маркетплейсы. Wildberries, Ozon и «Яндекс.Маркет» забрали существенную долю рынка у офлайн-салонов и торговых центров - по данным T-Data, в 2025 году почти 80% мебели приобретали через Интернет. Для массового сегмента онлайн-покупка стала привычной и удобной. Согласно исследованию РБК, почти половина (45,5%) онлайн-продаж мебели на маркетплейсах приходится на корпусную мебель, еще 20% - на кухонную и 15,2% на мягкую мебель.

Александр Гринько, директор по стратегическому маркетингу мебельного комплекса «Гранд», отметил: «Мебель часто выбирают офлайн, после чего ищут скидки в Интернете. Во время проведения акций количество посетителей нашего торгового комплекса увеличивается, растет средний чек. Например, мы уже запустили программы именно для новоселов, которые хотят получить недостающие знания о ремонте, чтобы не совершать ошибки, и хотят сэкономить на нем и покупке мебели. Чтобы люди могли вживую посмотреть на мебель и сразу ее приобрести по специальным условиям, которые привлекательнее цен в Интернете».

Средний сегмент сегодня находится в наиболее уязвимом положении, он стал достаточно дорогим для клиента. Рост цен на комплектующие, логистику и производство внутри России привел к тому, что мебель среднего класса приблизилась по цене к премиум-сегменту. При этом платежеспособность целевой аудитории не всегда поспевает за этим ростом.

Себестоимость производства выросла из-за цен на сырье и роста пошлин. Так, например, стоимость ДСП за 2020-2024 года выросла на 96%. А таможня осенью 2024 года увеличила пошлину на китайскую фурнитуру с 0% до 55,65% - она начала классифицировать механизмы с вращающимися элементами как подшипники.

В среднем сегменте сегодня за внимание потребителя российские производители, предлагающие кастомизацию и более короткие сроки, конкурируют с остатками европейских брендов, а также с поставщиками из Китая, Турции, Беларуси.

Совершенно иначе выглядит ситуация в средне-высоком и высоком сегментах. Здесь рынок демонстрирует стабильность и, в ряде категорий, даже рост. Например, продажи классической мебели и декора на начало 2026 года, по оценкам участников рынка, выросли на 10-15%. А мебельные комплексы расширяют ассортимент. Например, «Гранд» нарастил присутствие премиум-брендов - их стало более 170.

Покупка премиальной мебели рассматривается не как приобретение товара, а инвестиция и самовыражение. Клиенту недостаточно приобрести просто шкаф, ему нужна, например, система хранения, сделанная полиформом. Клиент выбирает знаковые предметы мебели, это уже на грани между обычным предметом интерьера и современным искусством, важны культовые бренды, культовые предметы.

Несмотря на конкуренцию традиционной розницы с онлайн-торговлей, физические магазины в средне-высоком и высоком сегментах остаются востребованы. Роскошь живого общения и возможность почувствовать себя в интерьере для дизайнерской мебели остается в приоритете, поэтому компании продолжают открывать новые точки.

Так, в Санкт-Петербурге осенью 2025 года появился флагманский магазин итальянского бренда Minotti - первый монобрендовый салон в России, с основными хитами фабрики. Продолжают расширяться салоны дизайнерской европейской мебели: в конце 2025 года открылось новое пространство у «Трио-интерьер» (компания работает с 1997 года) с бренд-зоной уже упомянутого Minotti и новой концепцией. Двухуровневое пространство разделили на камерные интерьеры с разным настроением.

При этом вся традиционная розница «сжимает» форматы (открытию флагманских точек это, впрочем, не мешает), классические магазины превращаются в шоу-румы или в концепт-сторы, где кроме покупок можно выпить кофе, посидеть с книгой. Ритейлеры ищут способ создать у потребителя новые впечатления и повысить ценность визита в торговую точку.


Как перестроился ДНК покупателя

Спрос на мебель в России качественно изменился. Во-первых, клиент стал глубоко осознанным и информированным. Революцию совершили Интернет и соцсети. Блоги дизайнеров, Pinterest, медиа, архивы брендов - все это дает покупателю неограниченные возможности в поиске вдохновения и исследовании того, что он хочет. Клиент теперь лучше ориентируется в стилистике, материалах и приходит со сформированным запросом и пониманием разницы в качестве.

Александр Гринько подчеркнул: «Современный клиент знает, чего хочет, поэтому даже при большом ассортименте товаров чаще всего выбирает из 3-4 компаний. Мы каждый день видим в нашем торговом комплексе, как конвертируется лояльность посетителя к бренду и насколько изменились предпочтения россиян в мебели. На российском рынке не все тренды приживаются, потому что у отечественных покупателей за последние годы сильно выросла насмотренность и есть ярко выраженные предпочтения».

Запрос на осознанность напрямую отразился на стилистических предпочтениях - тренд смещается в сторону тихой роскоши и вневременного дизайна. Клиента больше не интересует броское и трендовое, на смену приходит выверенный дизайн, где меньше визуального шума, а тактильности и ощущения комфорта - больше.

Что сейчас в фокусе:
- Спокойные, плавные формы - скругленные углы, мягкие силуэты.
- Натуральные, тактильно приятные материалы: шпон, натуральный камень, металл, стекло.
- Приглушенная природная палитра.

Интерьерные тренды инертны и не меняются так же быстро, как в фешен-сегменте. Это связано со сложностью цикла производства, инженерных особенностей и выводом коллекций на рынок. Эстетика, которую мы наблюдаем сегодня - это продолжение тех течений, что начали формироваться несколько лет назад. И потому тихая роскошь будет актуальна и в 2026 году, так как отвечает главной потребности - создать гармоничное, спокойное и долговечное пространство для жизни.

Отдельно стоит подчеркнуть высокие стандарты российского клиента премиум-класса. Итальянские и испанские поставщики всегда отмечали, что требования по качеству у него максимальные - выше, чем в любой другой стране. В этом сегменте всегда была нужна абсолютная безупречность. Это требование формирует и особые условия работы на рынке - клиент ждет полного сервиса. Обеспечение доставки, удобных сроков, сборки и монтажа даже не обсуждаются, это условия по умолчанию. Вместе с этим повысился запрос на кастомизацию: изменение размеров и конфигураций, отделок, адаптация под проект.

При этом в премиальном сегменте усиливается интерес к знаковым предметам и культовым брендам. Речь идет о мебели, которая находится на границе между дизайном и современным искусством. Покупка такого предмета - это и эстетический выбор, и инвестиция в объект дизайнерского искусства, и способ расставить акценты в интерьере. У бренда здесь главная роль: покупатель осознанно выбирает историю, репутацию и дизайн-код, функциональности и внешнего облика предмета недостаточно.

И если в низком и среднем сегменте идет импортозамещение и сложности с платежеспособностью, то в средне-высоком и высоком сегменте спрос остается стабильным и здоровым. Покупка мебели для премиального клиента - это следствие инвестиции в недвижимость, клиент логично вкладывается и в качественный интерьерный проект. И мебель становится такой же частью капиталовложения, как и квадратные метры.

Как рынок перестроился к новым условиям поставок

История поставок европейской мебели в Россию после 2022 года - это про адаптацию к изменившимся условиям. Тогда главный вопрос звучал так: «Выживет ли итальянская мебель в России?» И сегодня можно ответить однозначно - да, итальянская мебель на российском рынке будет всегда.

Но после 2022 года поставка мебели из Европы потребовала пересмотра практически всех процессов. Изменились логистические маршруты - пришлось полностью перестраивать схемы доставки. Теперь мебель часто идет через третьи страны, что удлиняет путь и добавляет звенья в цепочку. Сроки доставки, например, из Италии выросли в среднем в 2-3 раза, от 7-10 дней до 3-4 недель. Порой европейскую мебель можно ждать от 8-14 недель до полугода, если она под заказ, а в премиальном сегменте в основном именно такой формат работы. На складах товар не задерживается.

Систему платежей тоже пришлось перестраивать - они проходят через альтернативные каналы, что требует от мебельных компаний гибкости, юридической аккуратности и дополнительных операционных затрат. Стоимость логистики из Италии, Испании и Германии в среднем у транспортных компаний сейчас составляет €540 за европаллету. Но главное - большинство итальянских и испанских фабрик сохранили заинтересованность в работе с Россией, без этого никакая логистика не работала бы.

Все перечисленные изменения закономерно привели к двум основным последствиям для конечного покупателя: выросла стоимость и увеличились сроки поставки. Нивелировать их влияние ритейлерам, которые закупают европейскую мебель, помогут следующие рекомендации.
- Фокус на взаимовыгодном диалоге с фабриками. Сложности преодолимы, когда обе стороны заинтересованы в результате. Прозрачность и готовность совместно искать решения - главный инструмент. Это же касается и возможности кастомизировать, например дать выбор клиенту из тканей, фурнитуры.
- Закладывание новых логистических и финансовых реалий в бизнес-модель. Удорожание и увеличение сроков - новые правила игры. Их необходимо учитывать в калькуляциях, планировании и коммуникации с клиентом.
- Компенсация сложности поставок безупречным сервисом. Для клиента высокого сегмента критически важна надежность. Четкое отслеживание груза, прозрачные сроки и профессиональная работа «на последней миле» (доставка, сборка, монтаж) дают конкурентные преимущества, которые оправдывают возросшую стоимость и время ожидания.
- Рассмотрение локальных производств для гибкости. Например, запуск производства отдельных позиций в России позволяет быстро закрывать спрос в среднем сегменте и предлагать более короткие сроки. Иногда получается, что продукт равен или дороже итальянского аналога, но весомый аргумент для части клиентов - 30 дней до отгрузки против 60-75 дней доставки из Европы.


Что ждет мебельный рынок в России в 2026 году

Главный вызов рынка в 2026 году - сокращение покупательской активности: в I квартале продажи снизились на 10% год к году, как сообщает АМДПР. Свою роль сыграла отмена массовой льготной ипотеки в 2024 году (эффект сохраняется до сих пор) и удорожание товаров на фоне подъема НДС и зависимости от импортных комплектующих: в некоторых категориях цены выросли на 15%. При этом у массового потребителя денег больше не становится.

Многие потребители смещают свое внимание на более бюджетные сегменты - «средний плюс» идет в обычный «средний» сегмент, «средний» уже идет в «средний минус», как говорят участники рынка. Экономия останется главным словом и 2026 года: глобально по динамике он будет похож на 2025. Причем экономить будут и потребители, и производители - особенно остро эта проблема стоит для микро- и малого бизнеса.

Для премиального сегмента перспективы, ожидаемо, лучше, чем для других: как минимум устойчивый спрос сохранится - серьезного роста ждать не стоит. И в том числе сохранится он на дизайнерскую мебель из Европы.

Перспективы европейских мебельных брендов в России выглядят достаточно устойчивыми. Европейская, прежде всего итальянская мебель, не исчезла с рынка и не утратит своего значения в обозримом будущем. Скорее, она заняла более четкую и осознанную нишу - средне-высокий и высокий сегменты, где ключевыми факторами выбора остаются бренд, дизайн и качество исполнения.

Италия по-прежнему выполняет роль законодателя моды в интерьерной индустрии. Именно она основной тренд-сеттер, там появляются новые формы, материалы и технологические решения. Эта роль не меняется десятилетиями и вряд ли изменится в перспективе 2026 года. Хотя локальное производство растет и предложения из других стран расширяются, у европейских брендов по-прежнему преимущество - сочетание истории в несколько поколений, инженерной культуры и устойчивого дизайн-кода.

В среднем и низком сегменте будет продолжаться активное замещение европейских брендов российскими производителями и поставщиками из других стран. Но для премиум-сегмента ключевой остается модель ROPA (Research Online, Purchase Offline), когда решение о покупке дорогого дизайнерского предмета принимается только после тактильного контакта в салоне. Поэтому профессиональный канал работы с дизайнерами и архитекторами сохранит за собой существенную долю продаж европейской мебели.

Александр Гринько, директор по стратегическому маркетингу мебельного комплекса «Гранд», добавил: «Дизайнеры интерьера часто выступают для клиентов в роли проводников в мир новых решений. Российский покупатель имеет определенные стереотипы по поводу отечественных производителей мебели, которые рассеиваются при знакомстве вживую, потому что за последние годы серьезно выросло качество и сегодня некоторые российские мебельные компании могут конкурировать с европейскими производителями в среднем и даже высоком сегменте».

Как итог, в ближайшие годы европейские бренды в России ждет развитие за счет глубины присутствия: ориентации на кастомизацию, гибкость в проектных решениях и адаптации под конкретные рынки. А для профессионального рынка это означает одно: европейская мебель останется важной частью экосистемы - более нишевой, более продуманной, но по-прежнему незаменимой в сложных и высоких интерьерных проектах.

Главной проблемой могут стать цены: в мае СМИ писали о том, что Кабмин обсуждает введение заградительной пошлины на импортную мебель из недружественных стран. Ее размер пока не утвержден, но потенциально может составить 35-50%, по аналогии со ставками на другие товары. Сейчас, в зависимости от категории товаров, пошлина колеблется от 9% до 11%. В результате подорожает ввозимая мебель из Италии и Германии (основные европейские импортеры), но вместе с тем цены придется поднимать и отечественным производителем, из-за роста расходов на комплектующие а они импортные) и общего роста издержек.

Таким образом, 2026 год может разделить мебельный рынок на два полюса: массовый сегмент столкнется с падением спроса и ростом цен (минимум на 10-15%), тогда как премиум-ниша сохранит устойчивость за счет европейской продукции. Ключевой риск - возможные заградительные пошлины, которые ударят и по импорту, и по отечественным производителям из-за импортных комплектующих. В ответ игроки сделают ставку на кастомизацию, работу с дизайнерами и офлайн-шоу-румы - в итоге рынок стагнирует в масс-сегменте, но сохранит точки роста в сложных проектных решениях.

*Фото: Источник: МТК «Гранд»